В.А.СЕМЕНОВ,

депутат Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, председатель Совета Ассоциации отраслевых союзов АПК, кандидат экономических наук

 

ТАРИФНАЯ ПОЛИТИКА В АПК. РОЛЬ СОЮЗОВ И

АССОЦИАЦИЙ В ОТНОШЕНИЯХ С ГОСУДАРСТВОМ

 

Уважаемый Гавриил Харитонович! Уважаемые участники Форума! Много уже сказано сегодня на этом Форуме о сельском хозяйстве, и начинать говорить о его потенциале, о том, что мы -  аграрная держава, наверное, будет неправильным, это и так всем понятно. Но вот тема, которая была поднята Гавриилом Харитоновичем, √ ╚Об экологической перспективе сельского хозяйства╩ - она на самом деле очень интересная. И я хотел бы на ней немного остановиться.

 Недавно был в Оптиной пустыни, и с настоятелем монастыря осматривал монастырское подсобное хозяйство. Я, признаюсь, таких красивых коров, которые живут в такой любви и  гармонии с людьми, больше нигде не видел, хотя сельское хозяйство знаю непонаслышке. Я, естественно, поинтересовался, а какой надой у этих красавиц? Настоятель говорит: ╚Семь с половиной тысяч литров в год╩. Я говорю: ╚Возьмите породу попродуктивнее, примените вот такие и такие агродостижения и при таком уходе, на таких кормах, будете иметь до 12 тысяч╩. А он такую мудрую вещь сказал: ╚Но это же будет не то молоко!╩. Понимаете? Этим все сказано. Сегодня у нашего сельского хозяйства есть слабость, я бы сказал - девственность. Как говорил здесь до меня президент академии, лопатой многие вещи делаем до сих пор. Плохо, это наша беда. Но в этих недостатках и наше преимущество, потому что если сейчас мы пойдем по тому пути, по которому пошли Америка и Европа, по супериндустриальному, супертехнологическому,  то и наше сельское хозяйство, будет производить уже практически не молоко и мясо со всеми его полезными свойствами, а некий рыночный продукт, с какими-то наборами калорий. Полезность, энергетика этого продукта, которую мы еще не умеем измерять, я уверен, будет потеряна. Я не призываю вовсе уйти от  супертехнологий. Но к их применению нужно подойти с умом, имея достаточный анализ ситуации в целом, прогноз ее развития. Разумеется, сделать это крестьянам в одиночку, без государственных программ, без государственной политики, которая бы поддержала это направление, невозможно. Кому-то мои слова покажутся фантазией, далекой от насущных проблем сельского хозяйства. На самом деле, сегодня нам не до этого.

Да, сегодня мы не столько думаем о перспективах, сколько вы-живаем, пытаемся сохранить хотя бы то, что еще не умерло в результате затянувшихся реформ на селе. Сейчас у нас период даже  тяжелее, чем середина 90-х годов, когда мы просто буквально падали в эту яму. Почему? Потому что после небольшого вздоха, который дал нам как не покажется странным, дефолт 1998 года, наступает новое разочарование.

В агрономии есть такое понятие √ провокационный посев. Когда специально запахивают поле, потом ждут месячишко,  чтобы опять сорняки взошли, и только тогда еще раз  запахивают, чтобы не употреблять химикаты, беречь почву. Так вот, у нас сейчас происходит некий провокационный такой посев. Государство вроде проанализировав допущенные ошибки сделало некий посыл, в село  пришли люди с новыми надеждами, или те, которые оставались на селе, вновь во что-то поверили. И если сейчас мы не оправдаем ожидания, я боюсь, что этот провокационный посев напрочь уничтожит все, что может прорасти на этом поле. А у нас, вы видите, тенденция пошла на торможение по многим показателям, темпы развития начала двухтысячных годов √ 7-10 процентов, упали до полутора, в то время как экономика в целом дает прирост в пять раз больше.

Какие же главные узлы в сельском хозяйстве мы так и не развязали?

Тарифная политика. Сегодня много говорится о национальном проекте, о том внимании, которое появляется к сельскому хозяйству, о том, сколько средств нужно на его поддержку. Но если за три года бензин подорожал на 183%, дизельное топливо на 235%, какими средствами можно сбалансировать убытки, которые терпят хозяйства от такой недружественной политики соседних секторов экономики? Нам говорят: это не злой умысел каких-то отдельных руководителей топливно-экономических структур, а законы рынка. Цены на мировом рынке на нефть растут,  и у нас, соответственно, тоже. А между тем за эти же три года в странах Европы, именно в тех странах, которые в основном покупают  нефть для переработки в России, и бензин, и дизельное топливо повысились  от 8 до 42%. А в Чехии на 11% снизилось. Что это? Разные законы экономики? Нет, просто там есть регулирующая роль государства на эти процессы, а у нас она практически ноль. Уговоры, просьбы войти в положение крестьян на встречах с капитанами ТЭК перед каждой посевной √ это не политика и не  одолжений ждут аграрии от таких переговоров.

 Потому что те крохи, которые мы с трудом находим для сельского хозяйства тут же перетекают в карманы отраслей, обеспечивающих его деятельность.  34 млрд. дополнительных рублей мы собираемся дать через национальный проект ╚Развитие АПК╩. А по оценкам специалистов, только в прошлом году за счет повышения цен на горюче-смазочные материалы, 20 млрд. рублей было высосано этим пылесосом из села. Это только по ГСМ! По данным союза транспортников России, за 3 месяца этого года металлопродукция подорожала на 70%. Все это отразится в сеялках, веялках, тракторах и комбайнах. Обновление парка машин для аграриев тоже проблема номер один, старья на полях ползает до 80%. Так что я думаю этих 34 миллиардов для селянина физически уже нет. А потом опять любители либеральной экономики и макроэкономических идей буду говорить: мы же предупреждали, что отдачи от вкладов в село √ никакой. Да, до тех пор, пока все будут только поднимать лозунги: ╚Да здравствует сельское хозяйство!╩ и просто говорить о его потенциале, а при этом те ребята с пылесосами так и буду откачивать все кровно заработанные селянином деньги, ничего у нас не будет.

Нужна четкая, сбалансированная политика, государственная тарифная политика, и Торгово-промышленная палата России со всей жесткостью собирается призвать к этому наше правительство, планируя провести в июне Всероссийский Тарифный съезд

       Вторая тема, которую я не могу не затронуть. Земельная реформа. Давайте реально смотреть правде в глаза. В результате последних действий государства в этом направлении этот вопрос стал просто глобально запутанным. Мы так и не смогли найти адекватных мер для преодоления  ошибок, допущенных  в начале 90-х годов. Не буду сейчас каких-то непарламентских выражений употреблять, но так бездарно разделить землю и средства производства, так популистски обойтись с главным российским вопросом, это надо было умудриться. Именно против такой дележки 100 лет назад выступал Петр Аркадьевич Столыпин, говоря: ╚Ни в коем случае нельзя всем поровну и по чуть-чуть. Это будут бесплодные куски╩. Он имел в виду минимум 40 га, которые должны быть у фермера или собственника на земле. Это тогда, когда была соха, лошадь, и вместо ГСМ  - овес. А сегодня? Мы разделили всю страну по три-четыре га √ это целинные-то земли!  Что в результате? 20% владельцев паев  найти не могут, их уже нет просто физически. Они бросили деревню, землю, уехали в город, просто умерли, так и не смогли оформить это богатство для своих внуков. Реально только менее 30% собственников паев имеют отношение к сельскому хозяйству. Мы породили огромную армию мелко земельных рантье, абсолютно, непродуктивных, мягко выражаясь. И с каждым из них, если вы хотите заниматься эффективным сельским хозяйством, вы должны заключить договор и бесчисленное количество согласований, потому что земля в основном находится в обще долевой собственности.

Сегодня мы говорим об инвестициях в сельское хозяйство. Да те самоотверженные люди, которые туда пошли, и тем более крупные инвесторы, вынуждены содержать целые юридические институты. На одних юристах можно разориться. Я знаю, сейчас пришел в сельское хозяйство Щербаков Владимир Иванович, у него, по-моему, порядка 50 юристов, которые занимаются только земельными вопросами, потому что все это склеить, √ тысячи договоров, тысячи контрактов √ это просто невозможно. И все это потом начинает как море бушевать, и невозможно ухватить это все руками. Причем,  в принципе законодательная платформа для того, чтобы разрулить эту ситуацию, есть, но нужна воля, чтобы этим воспользоваться, создать  условия какого-то узкого, временного коридора, в рамках которого все-таки поставить и решить эту задачу.

Еще один важный момент. Что еще мы пока не заметили  и все наступим на советские грабли. То горлышко узкое, между сырьем и  переработкой┘ Посмотрите, что сегодня происходит на молочном рынке. Мы в рамках нацпроекта собираемся закупить 100 тыс. племенных коров,  развив таким образом рынок сырья. А сегодня цены на молоко уже давно стагнируют┘И ценовая ситуация на этом рынке все ухудшается. Был где-то 5 лет назад рывок инвестиций в молочную промышленность, и сразу подмосковные производители молочного сырья вздохнули. Сегодня затух этот процесс, и вс╦, и цены затухли. А мы туда еще добавим коров!

 Сегодня переработка уже стала узким горлышком для сельского хозяйства, а она в Национальной программе не присутствует, ее никто не стимулирует. Вопрос отдан в руки региональных монополистов-переработчиков. Где же тут стимулы? Или государство должно заниматься сегодня и развитием переработки, стимулировать ее √ не само, конечно, строить заводы, а побуждать к таким действиям бизнес. Или же оно должно, как практически во всем цивилизованном мире,  жестко регулировать цены на молочное сырье, хотя многие сейчас скажут, что это нерыночная мера.

И, последний момент, на чем я хотел остановить ваше внимание. Мы много говорим о науке. Вот сейчас Геннадий Алексеевич выступал. Но я бы хотел сказать о той связи науки и производства, которую уже нам показываем весь мир, и о которой мы пока только говорим, а реалий нет. Между тем на Западе уже давно любой земледелец существует в условиях так называемого extention service, когда к каждому фермеру приходит некий специалист (сам приходит, за деньги государства, кстати говоря) и предлагает ему новые сорта, новые технологии, новые способы борьбы с вредителями, делает прогнозы по отдельным культурам, потом сам же смотрит, как они у него внедряются, получает этот опыт, отдает в научные учреждения, в академии, в университеты. Вот как в 21-ом веке осуществляется тесная связь науки и производства. Выпускается масса информации по каждой теме. Открытой, доступной. Я в одном университете спросил: ╚Сколько в брошюре государственных денег, и сколько денег уже от фермера непосредственно?╩ Мне сказали: ╚60% государственных денег, 40% √ фермер платит╩. Хотя для фермера эта брошюра о том, как производить сахарную свеклу (ежеквартально выходит такая брошюрка, местная, от местного университета), для него она стоит тоже 6√7ё. Согласитесь, для четырех листочков это серьезные деньги. Я спрашиваю лабораторию: ╚А что, вы не могли бы бесплатно фермеру дать?╩ √ ╚Нет, это политика.  Эти 40%  от  фермера, -  как индикатор, а тем ли занимается эта лаборатория, то ли она делает, за что фермер готов эти 6 фунтов заплатить? Вот живая связь, индикаторная связь, которая продумана. Мы пока, к сожалению, ни на йоту в этих вопросах не продвинулись, а ведь денег для этого, согласитесь, больших не надо. Более того, деньги эти есть, их просто надо правильно перераспределить.

Ну и последнее. Я бы хотел сказать о роли союзов и ассоциаций. А аграрный сектор был всегда в России пионером ассоциативного движения. Вы знаете, что у нас около 50 продовольственных союзов в России, и самым первым союзам в России, таким как Зерновой союз, Молочный союз, Мясной √ кого-то может быть сейчас не назову, √ им уже по 10- 15 лет. Все эти годы мы боролись за легализацию прав товаропроизводителей. И очень здорово, что в новом законе ╚О развитии сельского хозяйства╩, отдельный раздел наконец-то посвящен союзам и ассоциациям. Там есть спорные моменты о норме представительства, но они решаемы. Есть в законопроекте проблемы поважнее. На самом деле этот закон без реальных цифр в Государственной программе пока √ пустышка. Правительство опять хочет распределять деньги в одиночку.  На мой взгляд, это неправильно.